— Как скажете, — вздохнул герцог Ривенхол, выводя Викторию из размышлений. — Но нам всё равно придётся ехать в Лондон. Его величество согласился стать крёстным отцом Джеймса.

— Неужели?

— В постскриптуме. Он написал, что кто-то должен присматривать за мальчиком, раз уж его отец, цитирую: «беспринципное животное и паршивый друг».

Виктория рассмеялась — как можно тише, чтобы не потревожить ребёнка. Ривенхол придвинулся ближе, обнял их обоих, и она прислонилась к его плечу, чувствуя себя абсолютно, совершенно счастливой.

Но затем её обоняние уловило некий подозрительный запах, и Виктория вынуждена была выпрямиться.

Ривенхол тоже замер. Лицо его непередаваемо изменилось. Пару секунд они смотрели друг на друга, а потом герцог торжественно объявил:

— Кажется, маркизу Эшвуду нужно сменить пелёнки.

Конец второй книги